воскресенье, 7 июня 2015 г.

Карта галактики "Млечный путь"


Галактика











Три формы, но одно выражение
"Надо иметь в виду, что хотя три Солнечных системы (предыдущаянынешняя и будущая) разделены для человеческого сознания во времени и пространстве, они, с точки зрения Логоса, скорее представляют собой высшее, среднее и низшее, образуя три формы, но одно выражение. Поэтому предыдущая система считается эзотерически третьей, будучи низшей и имея отношение к плотной, негативной материи. Отсюда ясно, что предыдущая Солнечная система тесно соотносится с третьим, или животным, царством, которое, как считается, человек уже трансцендировал."

Алиса А. Бейли «Трактат о космическом огне», 1156


пятница, 15 мая 2015 г.

Антропософия Р.Штайнера


....в антропософии сам "Христос Иисус" есть сложное существо, соединяющее в себе путем перевоплощений и совоплощений Будду, Зороастра и Солнечного Духа, именно ему свойственно астральное тело Будды, эфирное тело Зороастра, также и "я" последнего, которое сменилось наконец солнечным логосом" Л8. Мало того, Иисусов вообще было два. "На основании различий в генеалогии у евангелистов Матфея и Луки Штайнер постулирует наличие двух мальчиков Иисусов, родившихся соответственно от двух пар Марий и Иосифов естественным конечно же образом. Один жил в Вифлееме, другой - в Назарете: "Эти две личности приготовляют Иисуса; физическое и эфирное тело у Матфеева Иисуса, астральное и "я" у Иисуса Луки" Л8. Душа нафановского (Лк.) Иисуса является носителем "удержанного от грехопадения эфирного тела прадревного человечества эпохи Лемурии"2, эфирного тела Адама в его райском состоянии" Л5. В соломоновского (Мф.) Иисуса перевоплотился Заратустра. В двенадцатилетнем возрасте "я" Заратустры переселилось из соломоновского Иисуса в нафановского. В это же время умирают родители нафановского Иисуса и отец соломоновского. Иисус из Назарета живет у матери этого соломоновского младенца вместе с ее детьми. На тридцатом году жизни во время крещения "его эфирное тело было извлечено, и в него сошла и погрузилась та высокая сущность, которую мы зовем Христова сущность" Л8. Следовательно, нужно различать Иисуса из Назарета и "Христа Иисуса", Христа в Иисусе из Назарета... Завершающая эту инкарнацию мистерия Голгофы есть основной определяющий факт в космической эволюции, осуществляющий собой древние посвящения. Событие на Голгофе есть превращение в историю, вынесенное на передний план мировой истории древнее посвящение" Л8.   http://www.srcc.msu.su/bib_roc/jmp/00/08-00/08.htm 

четверг, 23 апреля 2015 г.


Послание к Евреям - глава 5
11.О сем надлежало бы нам говорить много; но трудно истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать.
12. Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища.

Послание к Евреям - глава 4
13. Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец;
14.твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла.
Ибо негде сказано о седьмом дне так: и почил Бог в день седьмый от всех дел Своих.
5И еще здесь: "не войдут в покой Мой".
6Итак, как некоторым остается войти в него, а те, которым прежде возвещено, не вошли в него за непокорность,
7то еще определяет некоторый день, "ныне", говоря через Давида, после столь долгого времени, как выше сказано: "ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших".
8Ибо если бы Иисус Навин доставил им покой, то не было бы сказано после того о другом дне.
9Посему для народа Божия еще остается субботство.
10Ибо, кто вошел в покой Его, тот и сам успокоился от дел своих, как и Бог от Своих.
11Итак постараемся войти в покой оный, чтобы кто по тому же примеру не впал в непокорность.
12Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные.
13И нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто перед очами Его: Ему дадим отчет.
14Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия, будем твердо держаться исповедания нашего.
15Ибо мы имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших, но Который, подобно нам, искушен во всем, кроме греха.
16Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи.




т

четверг, 16 апреля 2015 г.

Изучающие должны бы помнить еще одно положение, которое часто забывается, а именно, что каждый план можно рассматривать и разделять ... выделяя в семи подпланах те же самые три высшие и считая четвертый как подплан встречи, или единения, а три низших рассматривая как подпланы приложения усилий. Такое разделение касается главным образом человека.
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _

Нужно отметить также представляющую интерес аналогию между Четвертым космическим эфиром и четвертым эфиром на физическом плане Солнечной системы. Оба они находятся в процессе проявления, чтобы стать экзотерическими — один с точки зрения человека в трех мирах, а другой — с точки зрения Небесного Человека... Параллельно этому те продвинутые существа, которые как индивидуумы становятся способны понять свое место в теле Логоса планетарной схемы, постепенно постигают Буддхический план, план принципа Христа. Начинает ощущаться влияние Буддхического плана, и та электрическая сила, что является его специфической характеристикой; энергия этого плана начинает также оказывать конкретное воздействие на эгоические тела людей...
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _

При четвёртом посвящении посвящённый начинает всецело и исключительно функционировать на четвёртом плане, на буддхических уровнях космического физического плана — нашем интуитивном плане. Считая снизу вверх или сверху вниз (всё равно), здесь мы вновь имеем указание на центральное положение этого посвящения и на его значение. Три посвящения предшествуют ему, и три следуют за ним, последнее из которых седьмое, или окончательное планетарное посвящение, поскольку оставшиеся два по сути своей не имеют никакого отношения к нашей планетарной Жизни. Из-за постоянного переноса «жизненного фокуса» посвящённого — перемещающегося из трёх миров на буддхический план — концепция воскресения и приняла в христианском учении такой вид, что Посвящение Распятия описывается как предшествующее Посвящению Воскресения. На самом же деле это не так, разве лишь в малой степени и как символ грядущего опыта...

понедельник, 9 марта 2015 г.


Первое, что необходимо сделать душе человека для совершения этой великой попытки открытия жизни — это то же, что делает ребёнок, начиная пользоваться своим телом — нужно научиться стоять. Ясно, что способность стоять — способность равновесия, сосредоточения, выравнивания в душе есть признак особого характера. Слово, лучше всего выражающее это качество — уверенность.

Сохранять спокойствие среди жизни и её перемен и твёрдо устоять в выбранном месте — подвиг, доступный лишь человеку, уверенному в себе и своей судьбе. Иначе торопливые формы жизни, стремительный поток людей, великие потопы мысли неизбежно унесут его с собой, и он потеряет то место сознания, с которого было можно начать это великое предприятие. Ведь это действие новорождённого человека должно быть совершено с полным знанием и без всякого давления извне. Все великие обладали этой уверенностью и твёрдо стояли в том месте, которое было для них единственной опорой во вселенной. Для каждого человека это место неизбежно разное. Каждый должен найти свою собственную землю и свои собственные небеса.

У нас есть инстинктивное желание избавиться от боли, но мы работаем методами внешнего, как и во всём другом. Мы лишь облегчаем её, а если мы добьёмся большего и стронем её со своей твердыни, она лишь возродится в другом месте с усиленной энергией. Если настойчивыми усилиями её удаётся изгнать с физического уровня, она вновь возникнет на умственном или эмоциональном, где она будет недоступна для человека. Это легко могут увидеть те, кто соприкасается с различными планами чувствования и наблюдают жизнь в дополнительном освещении. Люди обычно считают эти различные формы чувств действительно разделёнными, в то время как на самом деле — они лишь разные стороны от одного центра — точки личности. Если происходящее в центре, источник жизни, требует какого-нибудь действия, которое затруднено и потому вызывает боль, созданная при этом сила отводится от одной опоры и должна найти другую — она не может быть изгнана вон. И все события человеческой жизни, вызывающие эмоции и страдания, существуют для её пользы также как и радостные. Дом и тех, и других — в человеке, и оба типа требуют выражения своих прав. Удивительно тонкий механизм человеческого каркаса сконструирован так, чтобы отвечать на их легчайшее прикосновение; необычные сложности человеческих взаимоотношений развиваются для удовлетворения этих двух великих противоположностей души.

Боль и удовольствие стоят отдельно и разделены, как два пола — и в их слиянии, создании одного из двух, приобретаются радость, глубокое чувствование и основательный мир. Где нет ни мужского, ни женского, ни боли, ни удовольствия — там преобладает в человеке бог, и тогда жизнь реальна.

Может показаться, что такая трактовка вопроса имеет привкус подхода догматика, произносящего свои утверждения с безопасной кафедры, где ему не смогут возразить, но догматизм это лишь в той мере, в каковой является им научная фиксация усилий, сделанных в новом направлении. Если бы реальность существования Золотых врат не могла быть доказана и они были бы лишь фантасмагорией экстатиков с богатым воображением, тогда бы не стоило и вообще о них говорить. В XIX столетии умами принимаются лишь установленные факты и законные аргументы, и чем больше их, тем лучший они встречают приём. Ведь если бы мы на протяжении нашей жизни не приближались к истинному и действительному, она бы ничего не стоила и была бы лишь тратой времени. Реальность — это величайшая потребность человека, и он стремится к ней при любом риске, желая достичь её любой ценой. Пусть это будет так. Никто не сомневается в том, что он прав. Давайте же тогда отправимся на поиски реальности.

М. Коллинз. Через золотые врата